Russian Women Magazine
Russian women logo
banner
НА ГЛАВНУЮ НОВЫЕ СТАТЬИ ВСЕ СТАТЬИ НА ЭТУ ТЕМУ КАРТА САЙТА КОНТАКТЫ

Америка и американцы

Две Мэри

Ольга Сапп

two MariesС первой Мэри я познакомилась почти сразу, как приехала в США. Это было 14 лет назад. Тогда ей было 70 с лишним лет. Лицо ее было загорелым, морщинистым, взгляд прямой и даже жесткий. Стриженые седые волосы развевались на теплом флоридском ветру, в натруженных загорелых руках - неизменная сигарета.

Голос у нее был низкий и громкий. Она отчетливо и правильно произносила каждое слово. Для меня тогда это было очень важно. Прошло только пару месяцев с тех пор, как я приехала, поэтому английскую речь улавливала с большим трудом. Но дикторскую речь Мэри я понимала прекрасно. Когда-то она работала телефонисткой и, по ее словам, привыкла отчетливо произносить каждое слово. Но мне кажется, дело было не в профессиональном навыке. Просто в те годы, а Мэри помнила еще и годы великой депрессии, люди говорили иначе.

К примеру, племянница мужа Лиса - а ей не было и тридцати лет - слова произносила слитно, речь ее я практически совсем не понимала. Даже отдельные слова не могла различить. Но она объяснила это тем, что обслуживает клиентов по телефону и поэтому ей приходится быстро говорить.

Однако вернемся к Мэри. Она была соседкой родителей моего мужа. Родители умерли и оставили мужу и его двум сестрам дом на берегу реки Сент Джонс в двух часах езды от нашего города Джексонвилла. И хотя в доме никто не жил, за ним и всем прилегающим участком требовался уход. Нужно было косить траву, производить мелкий ремонт самого дома, а также присматривать за садовыми деревьями. В основном это были цитрусовые. Наш дом и дом Мэри разделял узкий канальчик. У каждого был свой маленький мостик для лодки. Мэри сидела на своем, а мы на своем. Так мы переговаривались.

Она с интересом расспрашивала меня про Латвию, про мою семью, про политическую обстановку, про мои впечатления об Америке и комментировала мои робкие рассказы на нетвердом английском языке своим четким громким и низким голосом.

Она непоколебимо верила в справедливость американского закона, неподкупность американской прессы и в реальность американской мечты.

В частности, я рассказывала о своей работе на телевидении, о том, как я участвовала в подготовке новостей. И Мэри искренне стала ставить мне в пример CNN, что дескать все журналистам мира следует поучиться их умению говорить правду. И напомлила, как эта телекомпания освещала войну во Вьетнаме. И я верила, нет не CNN, а Мэри, верила ее прошлому и тому, что у этой женщины есть идеалы.

В те идеальные американские времена Мэри вложила свои заработанные деньги в акции фондового рынка и теперь пожинала плоды своих вложений. У нее был добротный дом, крепкое хозяйство и возможность жить так, как она хочет. Она и ее взрослый неженатый сын занимались их большим хозяйством, выходили на лодке ловить рыбу или креветок или отдыхали за бутылочкой пива.

Как-то мы зашли к ним по небольшой надобности, Мэри предложила мне пива. Я скромно отказалась. Она удивленно спросила: "Ты, что не любишь пиво?" Я промямлила что-то вроде того, что пиво я люблю, но время еще не для пива. Было часов 12 дня. Мэри ничего не ответила, предложила бутылку моему мужу, взяла себе и, закурив, настроилась на неторопливую беседу. А я, сидя рядом, со стаканом воды, извлекла для себя первый маленький урок хорошего тона, главный смысл которого - свобода и непринужденность.

Мэри много вспоминала о старых добрых временах, о том, как раньше люди уважали закон, добросовестно трудились и заслуженно пользовались плодами своих трудов. Однажды она рассказала историю о том, как к ней на участок пробрался вор. Она, ни минуты не колеблясь, выбежала из дома с оружием в руках и прогнала непрошенного гостя.

Дом родителей мы продали, но еще несколько раз навещали Мэри в ее доме. Морщин на ее лице становилось все больше, а сама она - все меньше. Но ее уверенный низкий голос не изменился. Что с ней сейчас, я не знаю. Жива ли еще? Но я всегда буду помнить ее четкую речь, и убедительные слова о справедливости американского мироустройства. И можно нисколько не сомневаться, что такие люди как Мэри в свое время приложили немало труда к созданию того справедливого мира.

*****

Вторую Мэри я встретила на своей первой работе. Я устроилась в магазине модной одежды в 10 минутах ходьбы от дома. Меня приняли на парт тайм - то есть на неполное рабочее время - помогать прислуживать покупателям и наводить порядок на вешалках с одеждой.

Мэри работала на складе, в просторном помещении, дверь которого выходила прямо в магазин. Я несколько дней как поступила на работу и чувствовала себя довольно скованно. Не очень хорошо знала свои обязанности, боялась что-нибудь напутать и что-то не так сказать. А Мэри работала в этом магазине уже много лет. Он прекрасно знала всю магазинную кухню и всех его работников и даже работников филиалов и хозяина этой небольшой сети из трех магазинов.

Была у Мэри одна черта, которая меня сразу же подкупила. Мэри была очень открыта и доброжелательна даже с незнакомыми людьми. Как только входила в магазин, она громко и непринужденно со всеми здоровалась. Ее большие голубые глаза весело блестели, а улыбка сверкала белоснежными ровными зубами. Густые кучавые каштановые волосы кокетливо обрамляли ее хорошенькое личико, которое немного портил сильный неровный флоридский загар.

Голос у Мэри был глубокий и мягкий. Она тоже четко выговаривала слова. Но причиной тому был не возраст. Тогда Мэри было едва за 30. Все дело было в образовании. Мэри училась в католической школе и получила хорошее воспитание.

Внешность, порывистость натуры, темперамент Мэри унаследовала от своего отца - иммигранта из Италии. По-итальянски она, кончно, не говорила, но итальянские словечки в ее речи то и дело проскакивали. Особенно часто она обращалась ко мне с вопросом "кабиш", что по-итальянски значит "понимаешь".

Когда Мэри выходила из склада в магазин, все помещение заполнялось ее веселым голосом. И мне сразу становилось уютнее. Впоследствии я перешла работать на склад. Работа заключалась в том, чтобы сортировать вновь поступившую одежду, прикреплять к ней бирки и раскладывать по коробкам для филиалов и вешать на специально отведенную вешалки для нашего магазина. Бирки мы выбивали на довольно-таки старом, но безотказном аппарате. Мэри была начальником, а я ее подчиненной.

Мы с увлечением обсуждали фасоны платьев, на которые прикрепляли магазинные бирки с ценами. И мысленно примеряли эти платья на себя. Однажды я сказала: "Это платье мне не подойдет. В нем будет виден мой живот". На что Мэри сказала: "А меня не волнует. Мой живот - это мой живот и я не собираюсь его ни от кого прятать". Это был еще один урок свободы и непринужденности.

Излюбленная тема Мэри была - ее личная жизнь. У нее был семилетний сын, но не было мужа. Она находилась в поисках мужчины, за которого она могла бы выйти замуж. Она постоянно с кем-нибудь встречалась. Сначала она знакомилась с мужчинами по телефону, а потом ходила на "слепые" свидания.

И вот об этих впечатлениях от ее свиданий знали все работницы магазина. Как только я приходила на работу, Мэри, дав мне пару минут времени, с нетерпением спрашивала: "Ты готова слушать?" Как только я отвечала отвечала "да", тут же начинался ее подробный рассказ.

Несмотря на свой оживленный интерес к мужчинам и непринужденное общение с ними на свиданиях, Мэри тем не менее сохраняла дистанцию. Она не позволяла мужчинам никаких вольностей. Это были просто поиски, в которые она, впрочем, вкладывала всю свою энергию. Но большую часть свободного времени она по-прежнему проводила со своим сыном, друзьями или родственниками.

А друзей у Мэри было огромное количество. Особенно мне запомнились два ее друга - парочка геев. Мэри говорила мне тогда, что это очень понимающие и тонкие люди. Мэри была очень демократична и открыта людям с разными взглядами на жизнь и разными социальными статусами.

Иногда Мэри приглашала куда-нибудь и меня, робкую русскую иммигрантку, только начинающую знакомство с американским образом жизни. Было весело проводить с Мэри время, кататься не ее машине с открытым верхом, подставлять лицо ветру и слушать, слушать, слушать... Мои рассказы Мэри были неинтересны. Да, если подумать, ну что такого я могла ей рассказать? О своей жизни в Латвии? О своем американском муже? Ну что, в самом деле, в этом такого волнительного? Да и вряд ли у меня хватило бы английских слов, чтобы рассказать Мэри все это...

Наконец, Мэри серьезно влюбилась. Молодой человек был военным летчиком, разведен и имел двоих дочерей от первого брака. Начались непростые запутанные и нелегкие отношения. Не буду посвящать читателя в историю их любви. Да, честно говоря, я уже плохо помню, как там было дело. Но очень хорошо помню, как выглядела Мэри в самый кульминационный момент их отношений. Решался вопрос - быть или не быть. Она ему позвонила в разгар рабочего дня и, выйдя во двор, долго о чем-то говрила.

Я видела Мэри в проеме двери.Она сидела на бетонном бордюре парковочной стоянки с телефонной трубкой в руках. Помню ее заплаканное, потерянное и несчастное лицо, ее жалобный и неуверенный голос. Тогда мои представления об американках, как о хищницах рассеялись как дым. Когда дело касается любви, американские женщины ведут себя так же как и женщины всех национальностей. Они беззащитны неуверенны в себе.

События развивались стремительно. Бойфренд Мэри улетает в штат Вашингтон по службе. Мэри берет несколько дней отгула и летит к нему. Причем на работе о цели ее отгулов не знал никто, кроме меня. И вот через несколько дней Мэри звонит мне из штата Вашингтон и сообщает, что она вышла замуж. На работу она не возвращается. Разражается скандал. Меня срочно ставят на место Мэри и начинается аврал. И хотя из-за отсутствия Мэри весь груз работы лег на меня, обижены на Мэри были все остальные. А я в глубине души была рада за нее и счастлива ее счастьем. Оно ей нелегко досталось.

Потом все как-то уладилось. И даже все пришли на свадьбу, которую отмечали во Джэексонвилле. А потом Мэри уехала жить в штат Вашингтон. Как-то она приезжала во Флориду, даже пригласила меня в ресторан и угостила ланчем за свой счет. Но потом ее следы затерялись.

Спустя много лет я снова случайно встретила Мэри. Сын - старшеклассник, растет дочь, муж недавно вернулся из-за океана и теперь они живут в здесь в нашем городе. Мэри вернулась работать в тот-же магазин модной одежды, только в другой филиал. Мы в контакте на социальной сети. Но я не люблю электронное общение, в нем нет жизни. Разве можно через компьютер ощутить энергию веселого и открытого нрава? Разделить ощущение озорного ветра на лицах? Передать силу молчаливой дружеской поддержки?

*****

Вот такими запомнились мне эти две женщины, не знающие о существовании друг друга, но носящие одно имя и уделившие мне немного своего внимания в тот нелегкий период моей жизни, когда я только начинала знакомиться с Америкой и американцами.

Джэксонвилл, 2012 г.

Прочитать об авторе

Share

Русские женщины в Америке:

 

 

НА ГЛАВНУЮ НОВЫЕ СТАТЬИ ВСЕ СТАТЬИ НА ЭТУ ТЕМУ КАРТА САЙТА КОНТАКТЫ

За содержание рекламы редакция ответственности не несёт. Рукописи не возвращаются и не реценцируются. Мнения редакции и авторов могут не совпадать. Использование материалов только с разрешения редакции.

Copyright © 2001-2010 RussianWomenMagazine.com All Rights Reserved.