Russian Women Magazine
Russian women logo
banner
НА ГЛАВНУЮ НОВЫЕ СТАТЬИ ВСЕ СТАТЬИ НА ЭТУ ТЕМУ КАРТА САЙТА КОНТАКТЫ

Русские женщины в Америке

Оксана - вдова ветерана или Завтра никогда не умирает

Keith LeslieМой американский муж скончался 2 марта, 2007 года, не дожив до 48 лет. Его тело было увезено в морг.  А я осталась решать проблемы: на что его хоронить?

Когда Киф работал, то страховку жизни по работе ему продавали, а когда стал болеть, то никакие страховые компании не могли ему продать ее. Потому что мой муж был для них смертником.

В 2000 году, ровно через полтора года после нашей свадьбы, он умер от инфаркта. Его сердце заставили биться с помощью электрошока в одной из аризонских больниц. В том же году Кифу поставили диазноз - гепатит С, убийца печени.

Через три года, когда мы не могли понять, почему мой муж все время сонный и усталый, не смотря на витамины и препараты железа принимаемые, новые анализы крови были взяты. Всплыл диагноз - хемохроматоз. Это наследственное заболевание, которое просыпается в некоторых людях с кельтской родословной к сорока годам. Организм начинает вырабатывать железо, и это железо начинает долбать по печени и сердцу. Поэтому людям с хемохроматозом нельзя железо ни в пище, ни в витаминах. Наоборот, нужно делать профилактические кровоиспускания, раз в неделю или две, зависит от уровня железа в крови. Так как это заболевание неизлечимо.

В общем, мне приходилось возить мужа в банк крови, чтобы у него, как у донора брали кровь, по 500 миллилитров за раз, и кровь эту выбрасывали, так как она была непригодна для спасения жизней из-за вируса гепатита С. После кровоиспусканий, у него были слабость, и он не мог работать по два три дня. Два раза доктор назначал Кифу лечение интерфероном, чтобы уничтожить гепатит С. Оба раза мой муж был не в состоянии работать, очень мучился от побочных эффектов. В конце концов, гепатит С ушел в ремиссию, а печень все равно  сдала - развился цирроз. Развились фиброз сердца и атеросклероз сердечных сосудов.

Мой муж принадлежал к группе людей, которые называют себя ветаранами.  Киф в армии служил 4 года, и поэтому ему полагалось бесплатное место на кладбище военном. Ветераны меня поддержали, один даже ездил со мной в похоронное бюро. Сперва я хотел мужа хоронить в гробу, по-христиански, как он хотел. Но оказалось, что по самым дешевым расчетам, такие похороны будут стоить четыре с половиной тысячи.

Я узнала, что если выставлять открытй гроб напоказ родным и друзьям, то это будет дороже, так как в данном случае приходится накачивать тело формальдегидом и использовать косметику. Я знала, что мне американские ветераны обещали собрать деньги, но у них больше двух тысяч не набиралось.

Я позвонила 6 марта в похоронное бюро: "Я хочу делать кремирование тела своего мужа".  Мне ответили: "Такого не бывает, нужно брать разрешение у врача, у шерифа. Мы кремирование делаем через 10 дней после смерти". Я позвонила своему человеку из ветеранов, юристу, по имени Харви. Он вмешался. Похоронный дом позвонил мне на следующий день, утром 7 марта: "Ок, сегодня ночью мы вашего мужа кремируем, придите до полудня и подпишите необходимые документы".

Кремация обошлась американским друзьям-ветеранам в две тысячи. Таким образом я поняла значение американской пословицы: "Важно не то что ты знаешь, а кого ты знаешь".

Похороны были назначены на 8 марта, Международный Женский День. К этому дню вся американская родня смогла съехаться из Пенсильвании, Огайо, Мэрилэнда, Нью Джерси... Попрощаться с телом усопшего родители Кифа, брат и сестра пошли в похоронный дом 7 марта. Я сидела в лобби. Я решила, что я не видела ЕГО мертвым, и видеть не собираюсь. Пусть снится мне живым. Он и так последнее время до кончины выглядел как покойник - осунувшися и бледный.

Служба военно-религиозная была назначена на половину десятого утра, на военном кладбище. Я отвезла младшего двухлетнего сынулю, Дарчика, к бэби-ситтеру, а старшего пятилетнего, Джессефа, взяла с собой. Гнала машину так, что меня остановил полицейский и прочитал мне лекцию про превышение скорости. Штраф не выписал. В результате, сервис пришлось задержать, так как я опоздала, вдова ветерана. Харви, узнав о превышении скорости мною, спросил: "Тебе выписали штраф?"  Я сказала: "Слава Богу, нет". Харви промолвил, отводя от моего лица взгляд старого стервятника: "Тот полицейский пожалел бы что проснулся сегодня утром, если бы он выписал тебе штраф". Я промолвила: "Мне повезло, что у меня есть такой отец, как вы".

Прах в урне был помещен в гроб закрытый, взятый взаймы по моей просьбе, чтобы мой сын считал, что отец лежит в гробу, а не что его тело сожгли и засунули в какую-то вазу. Джессеф бы просто этого не понял. Ребенок уже был травмирован годами фактом, что отец болеет, спит много или жалуется на боли, и что может умереть.

Родители Кифа, семидесятилетние седые старички, не сломленные инфарктами и красной волчанкой, диабетом и артритами, сидели со мной на скамейке, и принимали соболезнования знавших моего мужа сотрудников и моих друзей. Киф перед смертью оттолкнул от себя всех своих друзей, перестал с ними общаться.

Один из бывших сотрудников по работе, где они создавали компьютерные программы для полицейских машин, по имени Ральф, подошел ко мне и сказал: "Оксана, твой муж был золотом для нас. Он никому никогда не отказывал в помощи. Когда он себя хорошо чувствовал несколько месяцев, то всегда приходил одним из первых на работу, и уходил одним из последних. Киф нам миллионные контракты спас". А потом, помолчав, добавил: "Я уверен, что ты без него сможешь поднять детишек, помоги тебе Бог. Киф мне говорил не раз о тебе с гордостью, что он женился на русской, которая в десять раз умнее него!"

А урну с прахом военные офицеры, учавствующие в похоронном сервисе, вставили в стену кремированных ветеранов, когда все скорбящие друзья разошлись. После похорон был банкет-ланч в ресторанчике в бухте. Многие не пришли на ланч - побежали на работу.

Когда моя папа умер в Ташкенте от рака, в возрасте пятидесяти лет, моей маме пришлось, согласно традициям, делать поминки на  девять, сорок дней, всех звать близких и далеких, тратиться, готовить, накрывать столы по два-три раза в день. В Штатах поминки так не отмечают обычно. Я первую неделю не готовила вообще. Мы питались с родней, мне приносили еду на дом ветераны, мне присылали деньги друзья и знакомые со всех штатов, где мы жили за восемь с половиной лет своего брака.

На сорок дней я сделала поминки в виде благодарения за поддержку сотрудникам с работы Кифа и ветеранам, заказала много пиццы, завезла на работу мужа, и в клуб ветеранов. Распечатала много фоток с его портретом, чтобы те, кто считал Кифа своим другом, уважаемым человеком, мог взять себе фото на память.

Я так же, следуя американским традициям, послала открытки с благодарениями и фотками мужа всем тем, кто прислал мне открытки с соболезнованиями и чеками. На стене, где за плиткой в нише покоится прах моего американского мужа, выбит его портрет в мраморе со словами его любимого фильма про Джеймса Бонда: "завтра никогда не умирает".

Оксана Лесли Прочитать об авторе

Русские женщины в Америке:

How to Survive in International Marriage Книга Оксаны Лесли – это не просто пособие как нормально жить в Америке, а крик души, как выживать, как выстоять, как не потерять себя. Круг ее читателей – это люди, которые любят информативные мемуары, или книги, которые помогают ценить то, что имеешь.

НА ГЛАВНУЮ НОВЫЕ СТАТЬИ ВСЕ СТАТЬИ НА ЭТУ ТЕМУ КАРТА САЙТА КОНТАКТЫ

За содержание рекламы редакция ответственности не несёт. Рукописи не возвращаются и не реценцируются. Мнения редакции и авторов могут не совпадать. Использование материалов только с разрешения редакции.

Copyright © 2001-2007 RussianWomenMagazine.com All Rights Reserved.